Каталог статей
МЕНЮ САЙТА

АРХИВ
№ 10_46_2006 [0]
№ 11_47_2006 [0]
Мир всем. № 11/47, 2006 год
№ 12_48_2006 [0]
Мир всем. № 12/48, 2006 год
№ 01_49_2007 [0]
Мир всем. № 01/49, 2007 год
№ 02_50_2007 [0]
газета
№ 09_45_2006 [10]
Мир всем. № 09/45, 2006 год
№ 08_44_2006 [12]
Мир всем. № 08/44, 2006 год
№ 07_43_2006 [8]
Мир всем. № 07/43, 2006 год
№ 06_42_2006 [11]
Мир всем. № 06/42, 2006 год
№ 05_41_2006 [20]
Мир всем. № 05/41, 2006 год
№ 04_40_2006 [12]
Мир всем. № 04/40, 2006 год
№ 03_39_2006 [1]
Мир всем. № 03/39, 2006 год
№ 02_38_2006 [0]
Мир всем. № 02/38, 2006 год
№ 01_37_2006 [0]
Мир всем. № 01/37, 2006 год

ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ


» Архив » № 05_41_2006
Почему нельзя все вернуть назад?

 …Напишу в этом письме немножечко о себе. Зовут меня Дмитрий, по отцу Сергеевич. Родился в 1974 году в городе Новодвинске Архангельской области. С четырех лет остался без матери. Конечно, не хочу жаловаться на жизнь, но она не сложилась. Почему? Я и сам постоянно задаю себе этот вопрос. С 1988 года (с 14 лет) я за преступления уже в четвертый раз отбываю срок наказания. В 1998 году освободился и случай помог мне попасть в АнтониевоСийскую лавру, где я был крещен. Впоследствии я написал прошение о вступлении в братию. Очень хотел посвятить свою жизнь служению Господу, молиться за близких и за матушку­Русь. Хотя некоторые из моих родных, в том числе и мама, еще большие грешники, чем я, они – самоубийцы. Но в келье и с благословения батюшки я молился об упокоении их душ. Да, многое можно рассказать о своей жизни, но о главном так и не сказать…
 
Я пробыл в монастыре шесть месяцев. Конечно, это многому меня научило, но я не мог постоянно быть с Богом. Вне храма я опять превращался в грешника. В монастыре я был на разных послушаниях, там большое сельское хозяйство. Все лето пробыл на сенокосе и читал литературу духовную, но у меня очень слабая память (это последствия контузии), и поэтому я мало запомнил дословно. Но «Отче наш», «Богородице Дево, радуйся», 50й псалом и Символ веры знаю наизусть, так как в монастыре изо дня в день приходилось петь в храме эти молитвы. А из монастыря я ушел, так как еще не был готов и не прошел искус. Боролся в душе со своими пороками, но увы…
 
У меня сейчас очень большой срок. Все близкие люди, которым я верил, от меня отвернулись. Одно мое утешение – в вере… Написал домой, но ответа так и нету, может, случилось чего. Ведь папа у меня неугомонный человек, хотя я практически во всем на него похож. Дай Бог, хоть бы моим детишкам не светила подобная судьба!..
 
Я впервые упомянул своего папу, это для меня неприятная тема. Хорошо это, когда родители тебя при жизни похоронили? Да отец меня и не воспитывал, помню я его только с 12 до 16 лет. Последний раз я его видел 6 мая 1990 года, хотя он здрав, ему всего пятьдесят лет. А как я уже писал, мамы у меня нет, мне было четыре годика, когда она отравилась. Я жил у родителей матери, с бабушкой и дедушкой. Но когда я учился во втором классе, бабушка умерла, а у дедушки отказали ноги. И меня отправили жить в школу­интернат…
 
Насчет своего детства — ну что я могу написать? Оно у многих почти одинаковое, со своими радостями и горестями. До школы я много болел. Один раз было так (я сам не помню, отец рассказывал). Я лежал в инфекционном отделении больницы. Ни отец, ни мать со мной не легли. Ребенок я был очень беспокойный, а медсестры молодые. Меня взяли, привязали к стулу и посадили в отдельной палате. Сколько меня так держали – не знаю, но я после больницы с полгода не разговаривал. С детских лет у меня было большое самомнение, я не уважал взрослых. Уважал только таких, как я, то есть если делают то же, что и я, то мы как братья. Думал, спорт и музыка изменят мою жизнь, но увы... Мои родные не могли мне дать того, что мне порой хотелось, – понимания, любви, теплоты, ну и в материальном плане. Я с детства мечтал о море. С первого класса читал о школе юнг, да и вообще о пиратах и мореплавателях, но моя мечта не осуществилась. Хотя из интерната меня хотели направить в Нахимовское училище. Потом спецшкола, где я первый раз и приобщился к понятиям «этой» жизни. По выходе меня начали примечать друзья отца. Отец у меня неоднократно судим, а как известно, все дети хотят походить на отца. Слушая романтические рассказы его знакомых, я чувствовал, что это сильные люди. И еще я узнал способ себя обеспечить, хотя и раньше я крал, но не думал, что это плохо и что за это наказывают. Мы с ребятами умудрились даже милицию обокрасть, но тогда меня еще не могли судить. Потом у нас появились первые скинхеды, пошла мода брить голову и бить «черных», а в юности впитываешь все как губка, не разбирая, где хорошее, где плохое. Но одно я могу сказать: хочется, чтобы взрослые давали детям только хорошее, доброе и светлое. К чему им слушать скандалы, смотреть на пьянки и т.д.? Допустим, вы записали ребенка в секцию, и ему это не нравится, – надо считаться с детьми. Да об этом пишут и пишут везде. Но, видно, взрослые – это маленькие дети. Я сам себя сейчас чувствую в душе лет на пятнадцать. Об одном только и жалею, что силы воли не хватает давать добро всем: и друзьям, и недругам!..
 
А то, что в жизни я от родственников не видел любви (не считая женщин), — это так. Сам порою задумываюсь о своем бытии, почемуто я больше видел добра и теплоты от чужих, чем от своих. В общем, был беспризорник при живых родителях и, грешен, порой сам себя начинаю жалеть. Сотни раз прокручивал в голове свою жизнь – все могло ведь быть иначе. После школы мог пойти в спортшколу в Воскресенске. Я ведь занимался восемь лет хоккеем с шайбой. Порой я, как ребенок, читаю «фэнтези», почему нельзя все вернуть назад… В общем, получилось так, что с детских лет был предоставлен сам себе. И все мои недостатки и, может быть, достоинства – результат моего самовоспитания. Вот сейчас перевоспитываюсь пока не поздно. С Божией помощью с 2001 года познакомился со многими хорошими людьми, которым я очень благодарен за добрые советы…

Дмитрий, 32 года (бывший воспитанник интерната, осужден на 25 лет)

 Почти двадцать четыре года назад я появился на свет в Киргизии. Там же до семи лет протекало мое беззаботное детство. Моя мама работала учительницей начальных классов, отец – снабженцем в центральном магазине. Семья жила в достатке.
 
В 1989–1990х в Киргизии началась дискриминация русского населения, в связи с чем нам пришлось уехать в Сибирь. Родители опасались, что мы (нас было двое детей) можем пострадать от захлестнувшего страну беспредела. В Сибири мои родители столкнулись с большими жизненными трудностями, которых не смогли осилить. Им нужно было запастись терпением и твердостью характера, чтобы противостоять всем проблемам, а они пустили все на самотек, надеясь на русский «авось». Но увы, ни к чему хорошему это не привело. Когда стало совсем плохо, родители почемуто решили, что алкоголь – это лекарство от всех проблем. Мы же были полностью предоставлены самим себе.
 
Свободный образ жизни завел меня в уличные трущобы. Приходил домой, где не было никакой еды, и приходилось идти на улицу и самому заботиться о том, чтобы утолить голод. И я заботился, добывая свой «хлеб» не совсем законным образом. Иногда в мои руки попадала приличная сумма денег, и тогда мне нравилась жизнь. Я распробовал вкус «легких» денег и не задумывался о том, что последствия будут плачевными. Казалось, что тюрьма — это не для меня, я могу делать все что угодно и мне ничего за это не будет. Таким был мой детский взгляд на жизнь и понимание окружающего мира.
 
Попав в колонию для несовершеннолетних, я пожалел о том, что не пошел другой дорогой. В «исправительной» системе для малолетних преступников нет ничего, что могло бы исправить ребенка­подростка и наставить на правильный путь. Вся система направлена на то, чтобы уничтожить личность, еще толком не сформированную. Поэтому «малолетка», после нескольких лет интенсивного пресса, и зачастую не только морального, выходит на волю озлобленный на весь мир. В его душе – боль, страх; в голове – желание «глотнуть» всех прелестей, и поэтому совершаются новые, более продуманные и жестокие преступления.
 
Причиной всему этому становятся чаще всего три жизненных факта: 1) родителиалкоголики, которые бросают своего ребенка на произвол судьбы; 2) полное отсутствие родителей и неэффективность работы интернатов; 3) нехорошая компания, состоящая из детей алкоголиков, которые, стремясь заполучить лучшее, находят друзей из благополучных обеспеченных семей, оказывают на них плохое влияние, то есть уговаривают убегать из дома, красть деньги у родителей и т.д.
 
Вот я коротко, но, надеюсь, понятно рассказал о прожитых мною годах и о том, к каким выводам я пришел. Но прошу учесть, что это только моя личная точка зрения, и неизвестно, насколько она верна. Для меня главное то, что сформировалась мысль, которая помогла осознать причину того, что со мной происходит в настоящий момент. Только сейчас я жалею, что тогда не было рядом со мной тех, кто смог бы объяснить все это, заставить думать правильно и любить Бога. Увы, но сейчас я сам себя лишил реальной возможности строить свое будущее, могу только мечтать и стремиться к чемуто светлому и достойному настоящего Человека.

Николай, 23 года

 Как же все­таки незаметно проходят наши годы. Кто в силах уловить это стремительное течение – этот сон, ускользающий от нас в огромное монотонное прошлое? Гдето там, среди закоулков памяти, приютилось и то, что в полной мере имеет право называться святым, – это наше детство! Казалось, еще вчера оно было таким чистым и радужным, а сегодня… А сегодня этот «красивый» мир уже достаточно поработал с нашим сознанием и успел­таки отбить все желание смотреть на жизнь восторженными глазами… Увы, такова суровая реальность! И все же всплывают в памяти, как спасательный круг, дорогие сердцу воспоминания! И тогда вдруг подвигнется душа! И потянется, как младенец к материнской груди, истосковавшееся сердце – утолить свои печали! И вот уже бегу я по горячей, пыльной деревенской дороге, босой и счастливый, а вокруг!.. Вокруг целая гамма цветов и запахов, которые кружат голову, и… И только теперь я понимаю, что именно так должна пахнуть русская земля, наша Родина, моя Россия! Но что­то и другое занимало мое сознание тогда и увлекало в соседский сад, в невысохшую лужу, на пустырь, помойку… Такая вот жизнь на каникулах у бабушки в деревне!
 Бабушка… Моя бабушка не была похожа на «божий одуванчик», а была статно красивая русская женщина! Этакая смесь барского благородства с крестьянским трудолюбием. К слову сказать, так оно и было, но в свое время это тщательно скрывали. Так уж случилось, что мою бабушку, происходившую из дворянского рода, в смутные времена спасли лишь тем, что переодели ее – маленькую девочку – в крестьянскую одежду и отдали в бедную, но богобоязненную семью. Скорее всего, и в духовном отношении это сыграло определенную роль, потому что бабушка, несмотря на «политику партии» и решения всяких там съездов, имела в своем доме в красном углу много икон, перед которыми с завидным постоянством и молилась.
 
Молитва… Это были особенные минуты! Вот уже наступала ночь, или это были первые лучи солнца: слышался тихий шорох шагов, потом загадочная тишина, и лишь легкий ветерок непонятных слов проскальзывал по комнатам. «Бабушка молится», – понимал я, и вместе с этим понималось еще что­то. Может быть, появлялась надежда, что теперь все будет хорошо? Тогда, конечно, все было только на ощущениях, но зато с верой и понастоящему! Постепенно я начинал привыкать к этому действию. И только теперь мне предоставляется возможность осмыслить все полностью. Нетрудно догадаться, как не повезло тем, кто не испытал любви и еще раз любви родных бабушек. Нет тех магазинов и прилавков, которые они не хотели бы скупить для нас – своих внучат! Нет тех мер, которыми можно было бы поставить под контроль их чувства, порывы, стремления. О чем может молиться такое святое любящее сердце? Неужели Господь не услышит этих молитв и не даст, не поможет, не спасет?!
 
Вот уже сорок лет живу я на этой планете. Все мои беды и падения почемуто оборачиваются в победы и восхождения! Все мои радости – настоящие! А друзья – верные! Чем заслужил я такую милость у Господа? Неужели своими грехами и ожесточенным сердцем? Конечно же нет! Тогда чем?! И тут снова встает образ моей бабушки, и я понимаю, что это она отмолила меня у Господа. Еще тогда, в глубоком детстве, тогда, когда я почти отгадал эту самую тайну, но до которой мне надо было еще дойти через всю жизнь, со всеми ее бедами и победами!

Милые наши бабушки! Спасибо, что вы есть в нашей жизни, памяти и совести!
А. Прудской, 40 лет (осужден на 18 лет)

Категория: № 05_41_2006 | Добавил: editor (2006-09-08)
Просмотров: 1045

Сделать бесплатный сайт с uCoz